Асар. Век 21. National Business

10 авг 2017 в 16:56

Предисловие NB. Древнейшая казахская традиция асар нашла новый облик в нашем веке. Люди помогают реализовывать идеи своих соотечественников онлайн. Как новая краудфандинговая платформа прокладывает себе путь в будущее, и какая у нее стратегия? 

Интервью с Азизой Утегеновой, проектным директором краудфандинговой платформы Starttime.kz

Интервьюент — Денис Кулькин, главный редактор National Business

 

ДК: — Две самые популярные краудфандинговые платформы в мире – Kickstarter и Indiegogo. У Kickstarter аудитория посещений – 62 млн в месяц. У Indiegogo – 22 млн посещений. У вашего сайта – 5 тыс. Если мы хотим понять вовлеченность в Казахстане и в мире и почувствовать разницу, то нужно разделить население земли, 7 млрд, на аудиторию Kickstarter. Получим 112. Это некий коэффициент. Каждый 112-й человек на земле, условно, один раз в месяц заходил. У Indiegogo – каждый 318-й. Ваш сайт исключительно локальный, казахстанский, соответственно, мы делим население Казахстана, 18 млн человек. Результат – 3600. Т.е. один из 3600 людей в Казахстане хотя бы раз в месяц заходил на сайт start-time.kz. Это говорит о том, что в мире вовлеченность в краудфандинг намного выше, чем в Казахстане. Но вы только недавно начали. Какая стратегия у вас по развитию узнаваемости краудфандинга как явления?

АУ: — Очень хороший вопрос. Проблема в том, что у нас не знают, что такое краудфандинг. В начале нашей работы я обратилась в американское генеральное консульство США и попросила у них помощи.   Была уверена, что мне помогут, потому что краудфандинг – это один из важных инструментов в Америке. Там очень много бизнес-проектов делают с его помощью. Меня поддержали, пригласили на проект Go Viral, где я выступила спикером. В проекте участвовало около тысячи активных бизнесменов из разных отраслей. Если учесть, что у каждого из них в подчинении, условно, сотня сотрудников, аудитория получилась достаточно широкой, около ста тысяч человек. После этого пошла активность. У нас на сайте началась подписка, к нам стали обращаться интересные стартапы. Я поняла, что идею надо нести в массы очень активно и сосредоточилась на таких мероприятиях. Я мало даю модульной рекламы. Но много пишу PR-статей в различные журналы, даю много визуальной рекламы в городе. Но визуалка работает на сотый раз. То есть надо посмотреть рекламу 100 раз, чтоб наконец-таки посетить платформу. Я поняла, что нужно глубже копать. И задалась вопросом:

Где мы, казахи, в своей культуре пересекаемся с понятием краудфандинг?

Эта состыковка начинается с асара, который еще в средние века был важным инструментом в жизни казахского народа. Чтобы поднять или разобрать юрту, нужны помощники. Два-три человека – сосед, брат, которые могут объединить усилия. А кочевать приходилось часто – скоту постоянно нужны были свежие пастбища. Поэтому юрту разбирали, передвигались на несколько километров дальше и вновь собирали. Одному человеку тяжело это сделать, он звал на помощь соседей, родственников. И сам также шел кому-то помогать. Это называлось и называется по сегодняшний день асар. И это не просто благотворительность. Асар – это когда что-то делаешь и что-то получаешь взамен. В краудфандинге человек получает взамен книги, диски, сувенирную продукцию. Кочевник взамен получал ужин либо просто теплую беседу. Юрту разобрали, хозяйка приготовила свежую еду, поели, поговорили, и в путь. Вкусная еда и беседа были вознаграждением. И люди шли на асар, потому что знали, что в конце могут пообщаться. Вот этот момент я и хотела вплести в современный краудфандинг. Как это сделать? С помощью выступлений, статей, в которых рассказываю об идее людям, имеющим большие аудитории, и прошу их помочь распространять и популяризировать современный асар.

ДК: — Существует четыре вида краудфандинга. Первый – когда инвестор входит в акционерный состав, второй – lending, когда мы даем деньги в долг и получаем процент от выигрыша, третий – ваша модель, когда человек за что-то получает вознаграждение, и еще бывает благотворительность в чистом виде, без ничего, только благодарность и чувство сопричастности к процессу. Собираетесь ли Вы в будущем использовать и эти виды краудфандинга?

АУ: — Да! Но прежде чем перейти на уровень краудинвестинга, нужно очень хорошо развить краудфандинг. Нужно собрать максимально широкую аудиторию стартапов и аудиторию инвесторов. Чтобы дать стартапу деньги, он должен стать бизнес-проектом. Т.е. он должен вырасти у нас на глазах. Сейчас он пришел к нам младенцем и дал только идею. С нами он должен вырасти в бизнес-проект. Вырасти физически, умственно, вырасти как бизнес, его идея должна обкататься.  Автор порой верит в свою идею настолько, что думает, будто нет ничего лучше и великолепней его идеи. Верить в проект – прекрасно, но игнорировать фокус-группу – вот  проблема! Надо всем авторам проходить некий краш-тест! Надо слушать критиков. В краудфандинге это люди-вкладчики, они же и критики по умолчанию. Если не вкладывают, значит, не поддерживают идею. Если же вкладывают, то, возможно, идея имеет шанс на успех!

Чем шире разовьется наше краудфандинговое сообщество, чем больше вкладчиков из народа мы привлечем, тем скорее покажем, что наши авторы растут, становятся серьезными бизнесменами, и пора брать следующий уровень. А значит работать с инвесторами. Этот уровень называется краудинвестинг. Параллельно ему развивается направление краудсорсинг. Авторы объединяются, помогают друг другу в улучшении идей. Кто-то из них отличный маркетолог, кто-то инженер, а кто-то IT-специалист. Все они встретились на краудфандинге. Теперь могут делать одно дело, один стартап – продуманный, красивый и прибыльный.  Каждый отвечает за свою зону деятельности. Когда краудинвестор видит хороший краудсорс  с положительной бэк-историей на краудфандинге, то, скорее всего, он инвестирует в эту группу авторов. Kickstarter этого уже добился. Indiegogo тоже. Мы только начинаем делать первые шаги.

ДК: — Позвольте некоторое наблюдение. Сейчас в Казахстане экономика недомонетизирована. В Казахстане нет денег, наш Нацбанк их печатать не намерен. Когда Вы идете в банк, Вам предложат 20%-ю годовую ставку. Она неподъемна ни для какого вообще бизнеса, ни для какой сверхидеи. То есть денег взять негде, ну можно пойти в микрокредитную организацию, там дадут под 100% годовых без подтверждения дохода. Но идеи и стартапы – они есть, более того, их появляется все большее и больше, потому что люди хотят жить и развиваться. И было бы, наверное, очень выгодно создать такую площадку именно сейчас, потому что инвестировать в Казахстане тоже некуда. А большие деньги на счетах лежат, люди боятся их инвестировать. Поэтому рискну предположить, что если ждать, когда на вашей площадке наберется оптимальное количество стартаперов и оптимальное количество инвесторов, то можно не дождаться, упустить время. Нужно начинать сейчас. Что, если начать сейчас? Нужны инвестиции?

АУ: — Я уже начала.  В StartTime работает специалист, который занимается привлечением инвестиций для наших крауд-проектов.  Сейчас деньги ищем на проект «Ашаршылык 1937». Это фильм об истории казахского народа. Сумма нужна очень большая. Радует, что 45% вложили инвесторы из Франции. На платформе мы собираем только 10%, остальные 90% – вклад от инвесторов. Мы разработали инвесторский пакет, есть предложение, сколько заработает инвестор на этом фильме.  Мы начали неплохо, и это заметно. Например, к нам обратился казахстанский ювелирный бренд Serebroff, для того чтобы предложить свои вексели.  В Казахстане представлен 31 магазин бренда.  Учредитель магазина может выпустить ценные бумаги и предложить их простым людям. За 5000 тенге можно стать частью Serebroff, акции долгосрочные, но оговариваются в договоре детально.  Если сеть салонов Serebroff откроет больше магазинов за счет продажи векселей, значит, станет еще богаче, еще сильнее как бренд, соответственно, увеличит количество векселей и возможно, откажется от банковских услуг. Кстати, в России данное направление довольно популярно и набирает обороты.  Мы каждый день ищем новые пути развития, все делаем по чуть-чуть. Мы не боимся, мы очень мягко наступаем, но смело шагаем.

ДК: — Serebroff – это прецедент. Я правильно понял, что есть какая-то площадка, где эту информацию Вы будете публиковать?

АУ: Да, на сегодняшний день проект на стадии проверки соответствия законодательству, все надо сделать правильно.  В России и Казахстане законодательная база не сильно отличается, там тоже ничего не прописано для краудфандинга и краудинвестинга. Если есть такая возможность там, то почему бы и нам не узнать о таких возможностях для наших предпринимателей из малого и среднего бизнеса, ведь это удобная и понятная система!  Если все получится, в ближайшее время мы запустим на платформе новую кнопочку  «краудинвестинг». Но мы ее запустим только после того, как юристы подтвердят законодательную чистоту.

Сейчас я вижу две основные задачи. Запустить кнопочку и привлечь как можно больше представителей малого бизнеса. Вторая кнопочка – это KZshop, магазин для хендмейдеров Казахстана. Вы знаете, хендмейдеры у нас не обустроены. Это направление болтается как никому не нужное, а потенциал между тем очень большой.

Много мастеров в самых разных  областях – шьют, вяжут, работают по коже и с глиной, но бизнес-сообщество смотрит на это как на развлечение.

Зато Европа, Америка восхищается нашим искусством и стилем New Nomad.  Я решила сделать на этом акцент, потому что мастера ручной работы нуждаются в серьезной поддержке. На сегодняшний день они продают изделия на ярмарках или в Instagram, а также в дорогих бутиках торговых центров. Там им жестко диктуют условия, и хендмейдерам тяжело развиваться. Я подумала, почему бы не открыть такой магазин, где они могут выставить свои изделия, ведь на нашей платформе работает платежная система, и люди со всего мира могут покупать этитовары. Моя миссия – сыграть полезную роль в экономике Казахстана, поднять мастеров ручной работы, хочу, чтобы стартапы выросли, а наши умы не уезжали. Очень много стартаперов уехало на Kickstarter, очень много стартаперов уехало на Indiegogo. Почему они уходят? Потому что до сих пор не было среды. Дайте время, и, думаю, мы займем эту нишу.

ДК: — Нужны ли инвестиции вашим проектам? Ждете ли вы инвестора сами для start-time.kz или для той же кнопочки? Если да, то какова ваша международная стратегия? Как вы будете экспортировать?

АУ: — Start-time не живет на энтузиастах, у нас есть основной инвестор.  Компания, которая поддерживает краудфандинг в Rазахстане – это TS Development.  Помогает в финансовом плане. Поэтому мы не тормозим в развитии, как часто бывает в малых стартапах из-за отсутствия средств. Но выйти на международные рынки не торопимся. Нам хочется охватить Казахстан, хочется охватить Среднюю Азию, Киргизию, Азербайджан, потому что видим здесь большой потенциал для творчества. В Азии много талантливых людей. Много талантливых людей уехали на Запад, в Европу и там сразу же стали богатыми. Я хочу остановить этот массовый переезд трудоспособного населения и сказать STOP! StartTime хочет работать для тебя! Каждый человек из бизнеса должен знать о существовании краудфандинга в Казахстане. Я не останавливаюсь, я об этом говорю и пишу постоянно. Мне нужен срок до трех лет. Три года – это моя ставка на Казахстан. Дальше буду выходить за его рамки. Хотя в Facebook я уже раздвигаю границы и даю рекламу на Узбекистан и Киргизию. И люди подписываются на мою страничку. Пусть готовятся.

HandMade Shop изделия ручной работы от хендмейдеров Казахстана

Мы предлагаем изделия ручной работы от hand made мастеров Казахстана, по самым доступным ценам. Приобретайте изделия и поддерживайте казахстанское производство. Каждое изделие пропитано любовью и большими трудолюбием.